Прощай, бодипозитив: модная индустрия официально вернулась к экстремальной худобе

Мировые подиумы массово отказываются от бодипозитива: доля плюс-сайз моделей на прошедших Неделях моды сезона весна-лето 2027 рухнула до критических 0,5%. Масштабное исследование, проведенное аналитиками Vogue Business, подтвердило: индустрия моды практически полностью вернулась к стандартам экстремальной худобы 1990-х и 2000-х годов.

Журналисты проанализировали 9283 подиумных образа на 219 показах и презентациях в Нью-Йорке, Лондоне, Милане и Париже. Результаты оказались неутешительными для активистов инклюзивности:

• Стандартные размеры (US 0–4): составили абсолютное большинство — 97,5% от общего числа образов.

• Средние размеры (Mid-size, US 6–12): заняли всего 2% показов.

• Плюс-сайз (Plus-size, US 14 и выше): сократились до рекордных 0,5%.

В географическом разрезе самым консервативным оказался Милан, где доля плюс-сайз моделей составила ничтожные 0,1%. Относительную гибкость сохраняет Лондон (0,5% плюс-сайз и 3,6% средних размеров) благодаря независимым локальным дизайнерам. Одиночными исключениями, удерживающими повестку разнообразия, остаются такие бренды, как Ester Manas и Chopova Lowena.

Нынешний регресс выглядит особенно резким на фоне трендов прошлых лет. В конце 2010-х и начале 2020-х годов под давлением общества и социальных сетей бренды активно декларировали инклюзивность. Символами новой эпохи становились супермодели Эшли Грэм, Палома Эльсессер и Прешес Ли, а появление моделей с формами на показах Versace, Fendi или Chanel казалось новой нормой. Еще в сезоне осень-зима 2025 совокупная доля средних и плюс-сайз моделей составляла 5,1% — к сегодняшнему дню этот показатель сократился вдвое (до 2,5%).

Эксперты выделяют три ключевых фактора, которые привели к «исчезновению» плюс-сайз моделей с подиумов:

1. «Эффект Оземпика»: Взрывной рост популярности медицинских препаратов для снижения веса (ингибиторов GLP-1) среди селебрити и инфлюенсеров вернул в поп-культуру моду на «героиновый шик» и андрогинную худобу.

2. Экономический кризис люкса: На фоне общего падения продаж бренды начали сокращать бюджеты. Производство инклюзивной одежды требует дополнительных затрат: усложнения лекал, переобучения конструкторов и большего расхода дорогих тканей. Модные дома предпочли вернуться к экономически выгодному пошиву единого «стандартного» подиумного размера.

3. Маркетинговый консерватизм: В периоды финансовой нестабильности люксовые марки отказываются от социальных экспериментов. Они делают ставку на классические, коммерчески «безопасные» стандарты красоты, которые исторически ассоциировались с концепцией премиальности и роскоши.