За последние сто лет площадь лесов в Молдове выросла, однако экологический кризис, засуха и нехватка ухода ставят их под угрозу. К такому выводу приходит эколог Петру Винарь. В интервью для рубрики «РУПОР Отвечает» эксперт рассказал, почему засаживать страну акацией — не лучшая идея, зачем в заповедниках нужен точечный отстрел косуль, откуда берется «серая» древесина в наших печах и как нелегальные свалки опасных отходов отравляют продукты на наших столах.
Чужие среди своих: почему сохнут молдавские леса
Главная проблема лесного фонда сегодня — это не только засуха, но и то, как человек пытается с ней бороться. По словам Петру Винаря, старые советские подходы к лесовосстановлению и охране природы в условиях меняющегося климата больше не работают. Чтобы остановить деградацию почв, лесничества часто засаживают пустующие участки акацией. Но это временное решение, которое в долгосрочной перспективе лишь вредит.
«Наши лесники засаживают деградированные почвы акацией. Этим они помогают остановить эрозию, но сам лес страдает из-за инвазивного характера этого растения», — отмечает эколог.
Акация быстро захватывает территории, вытесняя местные виды. Еще агрессивнее ведут себя другие «чужаки» — айлант высочайший (китайский ясень) и клен ясенелистный, завезенный когда-то из Канады. Они буквально лишают молдавские деревья шанса на выживание. Чтобы адаптировать леса к засухе, ученые проводят эксперименты. Например, в заповеднике «Плайул Фагулуй» высадили дубы из разных уголков страны, чтобы выяснить, какие подвиды лучше приспособлены к новому климату.
Ситуацию усугубляет и кадровый голод в лесной отрасли. Из-за мизерных зарплат работать в лесничествах некому, поэтому многие необходимые санитарные работы просто не проводятся вовремя.
Почему вырубки — это не всегда плохо
В обществе традиционно болезненно реагируют на любую вырубку деревьев. Петру Винарь признает, что и сам раньше поддавался этим эмоциям, пока не изучил процесс изнутри. По его мнению, людям не хватает качественной информации от государства.
«Эти вырубки чаще всего запланированы и носят восстановительный характер. Мы находимся не в первозданном, нетронутом лесу, где любое вмешательство запрещено. Вырубки нужны, чтобы помочь лесу восстановиться, чтобы на месте старых деревьев выросли новые поколения», — объясняет Винарь.
При этом эколог подчеркивает: руководство лесного хозяйства признает проблему воровства, но валить всё в одну кучу нельзя. Лес — это возобновляемый ресурс, который требует грамотного ухода и омоложения.
Парадокс заповедников: почему косули мешают дубам
Одной из самых обсуждаемых новостей последних месяцев стал возможный отстрел косуль, против которого бурно выступила общественность. На первый взгляд, уничтожать благородных животных — варварство. Однако в закрытых заповедниках «Кодру» и «Плайул Фагулуй», где охота строго запрещена, сложилась критическая ситуация.
«Уже почти десять лет эта проблема ощущается очень остро. В заповедниках запрещена охота, но при этом у нас нет естественного хищника, который регулировал бы численность травоядных. Волки, выполнявшие эту экологическую функцию, исчезли, а люди ни за что не согласятся вернуть их в наши леса», — говорит Петру Винарь.
Ситуацию ухудшают завезенные гибридные олени, которые активно скрещиваются с местными. В результате огромная популяция копытных за последние годы серьезно усложнила естественное обновление лесов. Желуди, опадающие с дубов, и молодые нежные побеги съедаются подчистую. Деревья стареют, а новой смены у них просто нет.
Эколог считает, что вмешательство человека здесь неизбежно, но делать это нужно профессионально:
«Сообщество экологов и ученых рекомендует тактичный, точечный отстрел. Но заниматься этим должны не обычные охотники, а биологические работники самих заповедников. Они сделают это профессионально, без вреда для экосистемы и без риска превратить санитарную меру в аморальное развлечение».
Тайны дровяного рынка и румынский опыт
Огромный пласт проблем связан с использованием древесины в качестве топлива. По словам эксперта, в Молдове недостаточно прозрачный учет ресурсов:
«Мы знаем происхождение только половины дров, которые население ежегодно сжигает в своих печах и котлах. Относительно этой половины есть официальные цифры, а вот откуда берется вторая половина — у нас только догадки».
Решить проблему нелегальных рубок помог бы общественный контроль. В соседней Румынии, как рассказал эколог, уже работает третья версия цифровой системы SUMAL. Она позволяет любому гражданину сфотографировать на трассе фуру с бревнами, вбить ее номер в базу данных и мгновенно проверить, есть ли у перевозчика разрешение именно на этот груз. Петру Винарь выразил надежду, что в рамках объявленной реформы агентства Moldsilva подобные инструменты появятся и в Молдове, что позволит снизить градус недоверия граждан к властям.
Эхо незаконных свалок: как медотходы попадают к нам в тарелки
В завершение беседы эколог затронул тему стихийных свалок, где в последнее время находят медицинские отходы и ртутьсодержащие приборы. По мнению Винаря, такие инциденты наглядно демонстрируют полный провал государственного контроля.
«Любые неправильно утилизированные отходы опасны, но медицинские представляют особую угрозу из-за содержащихся в них веществ. По закону они должны перерабатываться под строжайшим надзором госинститутов. Но когда мы находим шприцы и ампулы в полях и лесополосах, становится ясно: реальный контроль просто отсутствует», — заявляет специалист.
Опасные токсины и тяжелые металлы впитываются в землю и остаются там на десятилетия, делая почву непригодной для сельского хозяйства.
«Если на такой загрязненной территории все равно выращивают сельхозкультуры, вредные вещества проникают в растения, затем попадают в наш организм, и люди начинают тяжело болеть», — предупреждает эколог.
Для очистки таких участков существуют разные методы — от высадки специальных растений-абсорбентов до самого простого и радикального: механического снятия и утилизации загрязненного слоя земли. Однако без системного контроля со стороны государства подобные прецеденты будут повторяться снова и снова, сводя на нет любые усилия экоактивистов.
Подробнее — в видеоматериале:
