В настоящее время в тюрьмах Республики Молдова содержатся 29 несовершеннолетних в возрасте от 17 до 18 лет. Национальная администрация пенитенциарных учреждений (ANP) отмечает, что, несмотря на наличие в законодательстве альтернатив лишению свободы — таких как пробация или общественные работы — на практике они применяются ограниченно.
В ответе для IPN ведомство объясняет это нехваткой социальной инфраструктуры на уровне сообществ, включая центры реабилитации, а также специализированные службы консультирования и надзора.
По данным ANP, уровень подростковой преступности в последние три года немного вырос, однако число несовершеннолетних в местах лишения свободы менялось: 36 в 2023 году, 44 в 2024 году и 21 в 2025 году.
Чаще всего несовершеннолетние попадают в тюрьму за преступления против собственности и насильственные действия: грабежи, крупные кражи, телесные повреждения, а также убийства. Значительная часть дел связана с наркотиками — их оборотом и употреблением.
Более половины несовершеннолетних в тюрьмах находятся там впервые, 18% уже попадали в систему дважды, а 26% являются многократными рецидивистами. Власти связывают это с трудностями социальной реинтеграции после освобождения и отсутствием эффективных программ профилактики рецидива.
Специалисты выделяют ключевые причины подростковой преступности: нестабильная семья, домашнее насилие, отсутствие родительского контроля, миграция родителей за границу, школьная неуспеваемость и влияние негативной среды. Существенную роль также играет бедность.
В пенитенциарной системе для несовершеннолетних реализуются индивидуальные программы реабилитации. В первые недели заключения проводится комплексная оценка — образовательная, психологическая и социальная, на основе которой формируется индивидуальный план работы.
Несовершеннолетние имеют доступ к школьному и профессиональному образованию. Образование и дипломы официально признаются государством. Также заключенные получают психологическую поддержку на протяжении всего срока.
Омбудсмен по правам ребенка отмечает необходимость расширения альтернативных мер наказания и улучшения условий содержания. По его мнению, успешная реинтеграция зависит от взаимодействия семьи, школы, социальных служб и общества, а также от снижения стигматизации детей после освобождения.
