Судан — страна контрастов: нищета, тонны золота и кровавые протесты

Журналистка из Молдовы Мария Левченко переехала в Судан в 2020 году вместе с мужем, работающим в дипломатическом корпусе Евросоюза. Она рассказала об особенностях жизни в столице Судана — Хартуме, об африканских ночах, тоннах золота и кровавых протестах, которые продолжаются в стране по сей день, передает newsmaker.

«Три вещи произвели на меня отрицательное впечатление: мусор, нищета и стиль — а это именно стиль — вождения. Мусор. Его количество и отношение к нему шокируют. Помню, как в магазине мальчик лет шести, стоя у двери, допил бутылку содовой, посмотрел на меня и выбросил ее на улицу.

Стиль вождения. Садясь за руль, здесь лучше забыть о правилах дорожного движения. Они просто не действуют. Поворачивать налево с крайнего правого ряда четырехполосной дороги вполне естественно.

Нищета. Тема, которая болит и отравляет мое пребывание в этой стране. Можно ли привыкнуть к чужим страданиям? От них можно отвернуться, перестав смотреть в глаза детям, просящим милостыню на перекрестках. В каждом младенце на руках у нищих женщин я вижу приговоренного к нужде человека. Осознают ли они свою обреченность? По крайней мере, они осознают свои первостепенные потребности в еде, сне и безопасности», — рассказывает журналист.

Больше года прошло с момента последнего военного переворота в Судане. Все международные проекты по внешнему финансированию и кредитованию Судана, которые после 2019 года начали работать в стране, остаются замороженными. Сохраняются только гуманитарные миссии, столь необходимые людям. Без аккредитации на улицах Судана запрещено работать не только иностранным журналистам, но и местным съемочным группам, и даже артистам.

«Недавно власти ввели ограничение на вывоз из страны суданских фунтов. Теперь ты не можешь покинуть Хартум с суммой, превышающей 5 тыс. фунтов, а это — около девяти долларов, примерная стоимости поездки до аэропорта. Средства, превышающие эту сумму, сотрудники аэропорта вправе конфисковать.

Такой способ пополнения бюджета кажется на редкость комичным на фоне новостей о том, что в 2022 году Судан зафиксировал самый высокий уровень объема добычи золота в своей истории — 18 тонн. И это только официальные данные.

CNN отмечает, что их инсайдерские источники сходятся на том, что около 90% добываемого в Судане золота вывозится контрабандой. И предполагает, что в этом случае «в обход таможни и правил вывозится золота на сумму около 13,4 миллиарда долларов, а государственные доходы недополучают сотни миллионов долларов»», — говорит Мария.

Тем временем народ Судана продолжает еженедельно выходить на акции протеста, требуя назначения гражданского, а не военного правительства. Они знают, что их страна обладает более чем достаточным количеством ресурсов, чтобы накормить их всех. Им отвечают жестко.

«Сейчас же военные и вовсе блокируют проезд машин скорой помощи к месту протестных выступлений. Смерть мирных граждан во время акций протеста здесь — в порядке вещей. Ни одна неделя не проходит без насилия на этнической почве. В Судане — сотни тысяч внутренне перемещенных лиц. И сотни тысяч беженцев с востока: эфиопы бежали от вооруженного конфликта, эритрейцы — от диктатуры, а с юга, от насилия на межэтнической почве, бегут жители богатого нефтью Южного Судана. Могу сказать, что в этой части мира я открыла для себя новые границы возможного: в смысле жары, бедности и человеческой воли», — подытоживает свои впечатления журналист.